Корабли на минном поле «Юминда» 28 августа 1941 года
Борисов Николай Андреевич
Холст, масло, 65×130
1998
С первых дней Великой Отечественной Войны все морские бассейны СССР стали театрами военных действий. Несмотря на яростные атаки врага, морской транспорт обеспечивал перевозку войск и боевой техники на приморских участках фронтов. Торговые суда привлекались и для непосредственного участия в боевых операциях военных флотов, и для снабжения осажденных городов, и для эвакуации промышленного оборудования, раненых и гражданского населения из районов военных действий. Почти все внешние военно-экономические связи страны осуществлялись морем.

Внезапное вторжение нацистской Германии на советскую землю застало многие суда Балтийского, Эстонского и Латвийского пароходств, осуществляющих мирные торговые рейсы между портами Балтики, в открытом море, а также в портах Германии. Вследствие этого морской транспорт фактически вступил в войну с первыми её залпами.

Трагическими были первые месяцы войны. Смерть была повсюду. Об одном из таких событий — Таллиннском походе, повествует картина художника Николая Борисова, в годы войны служившего на Балтике радистом на базовом тральщике.

К началу августа 1941 года немцам удалось прорвать фронт и выйти к Финскому заливу недалеко от важного промышленного и портового города Кунда, отрезав тем самым красноармейцев в районе Таллинна, от основных сил Северного фронта. В Таллинне, на тот момент, находилась главная база Балтийского флота. В силу стратегических упущений город не был должным образом подготовлен к обороне и 26 августа поступил приказ об эвакуации Таллинна.

Единственный возможный путь эвакуации лежал через Финский залив.

28 августа из Таллинна в Кронштадт вышли 225 кораблей и судов с более чем 40 000 человек на борту. Так начался печально известный Таллиннский переход, которому суждено было стать одной из самых кровопролитных страниц Великой Отечественной войны.

Так как эвакуация происходила с большим опозданием, у немецких войск было достаточно времени, чтобы как следует подготовиться. В частности, был полностью заминирован лежащий на пути конвоев узкий залив между городом Котка и мысом Юминда. На этом мысе была установлена и мощная береговая батарея. По воспоминаниям очевидцев, на момент перехода Финский залив представлял из себя «суп с клецками», напичканный как советскими, так и немецкими минами.

Ситуация усугублялась тем, что для прохода через установленные немецкими войсками минные заграждения нужны были тральщики, а их катастрофически не хватало. Основные потери кораблей и судов произошли именно по причине подрыва на минах.

На картине изображен момент перехода перед наступлением темноты, когда Командующий флотом приказал всем встать на якорь до рассвета.

Идти в темноте было нельзя — рассмотреть плавающие мины уже было невозможно, корабли и транспорты то и дело подрывались. Ночью к минной опасности добавились артиллерийский обстрел с мыса Юминда и удары торпедных катеров из финских шхер. С рассветом корабли продолжили движение, но были атакованы противником с воздуха.

Днем 29 августа отряд главных сил прибыл в Кронштадт. Особенно тяжело на переходе пришлось гражданским судам, практически не имевшим зенитной артиллерии, но их экипажи, проявляя беспримерное мужество наравне с военными моряками, выполняли свою задачу.

Из вышедших 225 кораблей и судов, из окруженного немецкими войсками Таллинна, до Кронштадта дошли лишь 163 единицы. Человеческие потери, по разным оценкам насчитывали от 5000 до 10 000 человек.

Made on
Tilda